Структура и компетенция российской прокуратуры во второй половине XIX –
начале ХХ ввМатериалы / История института прокуратуры / Структура и компетенция российской прокуратуры во второй половине XIX –
начале ХХ ввСтраница 3
После окончания следствия следователь передавал дело прокурору для начала следующей стадии процесса – предания обвиняемого суду. Устав уголовного судопроизводства предоставлял прокурору право требовать дополнения следствия, признанного следователем оконченным, независимо от того, передавал ли он его в суд для рассмотрения или предлагал прекратить его за отсутствием признаков преступления или по другим основаниям.
Заключение прокурора о предании обвиняемого суду излагалось в форме обвинительного акта.Наибольшую известность и наибольший авторитет прокуроры приобрели в качестве государственных обвинителей в суде. Судебные уставы, казалось бы, создали близкий к идеальному тип государственного обвинителя, который, как отмечал А.Ф. Кони, восприняв лучшие черты французского прокурора, смягчил их в духе русской дореформенной прокуратуры, соединявшей в себе функции «блюстителя закона», «взыскателя наказания» и «защитника невинности». Стало формироваться новое поколение прокуроров, которое вскоре заявило о себе в прямом смысле во весь голос. Из рядов прокуратуры вышли такие замечательные судебные ораторы, как М.Ф. Громницкий, А.Ф. Кони, Н.В. Муравьев, П.А. Александров и др.
Но после того как прошла эйфория первых пореформенных лет, поляризация сторон в судебном заседании стала все более ощутимой, отношения прокуроров и адвокатов оказывались порой враждебными. Значительная доля ответственности за это ложилась на прокуратуру и министерство юстиции. Негативное моральное воздействие на лиц прокурорского надзора оказывало их участие в расследовании и обвинении по политическим делам, в ходе которых во имя достижения цели не брезговали не только тенденциозным подбором свидетелей, искаженным и односторонним освещением событий преступления, но в некоторых случаях и нарушением законов.
После своей реорганизации прокуратура стала одним из главных звеньев государственного аппарата в его борьбе с революционным движением в стране. В соответствии со ст. 1034 Устава уголовного судопроизводства судебное преследование по государственным преступлениям возлагалось на прокуроров судебных палат, которым все должностные и частные лица должны были немедленно сообщать все сведения о них. Составлять обвинительный акт и поддерживать обвинение в суде должны были по государственным преступлениям прокуроры судебных палат, обер-прокуроры Сената, министр юстиции или его товарищ. Определенную роль в борьбе с государственными преступлениями должна была играть и военная прокуратура, созданная в соответствии с военно-судебным уставом 1867 г.
Изменения в порядок расследования политических дел были внесены в 1871 г. утвержденными царем «Правилами о порядке действий чинов корпуса жандармов по исследованию преступлений». Эти правила наделили жандармских офицеров правом проведения дознания по политическим делам, которое, по сути, являлось следствием. Но при проведении дознания присутствие прокурора было обязательным. Прекратить такое дознание мог лишь министр юстиции по согласованию с шефом жандармов, при этом им в соответствии со ст. 29 «Правил» предоставлялось право решения дел в административном порядке. Эта статья дала правительству возможность в течение 33 лет (1871–1904) направлять участников революционного движения в ссылку и назначать им высылку внесудебным порядком. Таким образом, генерал-прокурор играл по существу одну из главных ролей во внесудебной расправе с политически неблагонадежными и инакомыслящими подданными.
Прокуратура сотрудничала с органами МВД не только при осуществлении уголовно-процессуальных действий, предусмотренных законом, но и в оперативно-розыскной работе.
Прокуроры, специализировавшиеся по политическим делам, в конце XIX – начале XX вв. составляли костяк руководства и министерства юстиции, и министерства внутренних дел. Надзирая за дознанием и следствием, предъявляя и поддерживая государственное обвинение, они, как правило, занимали бескомпромиссную, решительную позицию в борьбе с революционным движением. Вместе с тем нельзя не отметить и положительного влияния прокурорского надзора за расследованием политических дел. Несмотря на некоторые нарушения или вольное толкование закона самими прокурорами, факт их присутствия при дознании и следствии, а также в суде в целом, безусловно, являлся сдерживающим фактором против произвола жандармских и полицейских органов.
Судебные уставы 1864 г. ограничили сферу прокурорского надзора в гражданском процессе и изменили методы его осуществления. И все же эта сфера была достаточно обширной, что, наряду с большой загруженностью прокурора в уголовном процессе, привело на практике к превращению этого направления прокурорского надзора во второстепенное. Судебные уставы обязали прокурора участвовать в гражданском процессе по делам казны, земских и городских учреждений, безвестно отсутствующих лиц, несовершеннолетних и иных лиц, состоящих под опекой. То есть по тем категориям дел, которые, по мысли законодателя, должны состоять под особым покровительством закона.
Смотрите также
Проблема эвтаназии в контексте прав человека
Проблема эвтаназии была сформулирована
в глубокой древности, и уже тогда она вызывала многочисленные споры среди медиков,
философов и юристов. Отношение к умышленному ускорению наступления с ...
Арендные отношения
В ст. 606 ГК РФ договор
аренды определен как обязательство, по которому арендодатель обязуется
предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование
или во временно ...
Правовое регулирование при банкротстве ИП
Получение прибыли - является
важнейшей составной частью любой коммерческой деятельности осуществляемой
коммерческими организациями и другими хозяйствующими субъектами. В условиях
развивающе ...